экспедиция Беллинсгаузена

отправь другу ем@йл
про эту статью!

Об экспедиции Беллинсгаузена написано мно­жество книг, сняты фильмы. Корабли «Восток» и «Мирный» прошли почти 50 тысяч миль, их пла­ванье длилось 751 день, из которых 100 дней они находились в зоне льдов. Были собраны ценней­шие сведения о природе Южного полушария, кро­ме того, русские совершили ряд географических открытий в других районах океана. Девять раз они приближались к Ледяному континенту, опре­делив — в общих чертах — его границы. Было от­крыто 29 новых островов...

Впрочем, почему я говорю о двух кораблях? Дело в том, что в Россию вернулся только один из них — «Восток». «Мирный» настолько пострадал в ходе одного из штормов, что команда покинула его и перешла на неповрежденный корабль. И тут началась настоящая остросюжетная мистика.

Шлюпы «Восток» и «Мирный» у берегов открытой ими Антарктиды. Художник М. М. Семенов
Шлюпы «Восток» и «Мирный» у берегов открытой ими Антарктиды. Художник М. М. Семенов
Наутро после шторма команда «Востока» уви­дела, что «Мирный» по-прежнему следует за ними. С изорванными парусами, истерзанный штормом, корабль упрямо шел за «Востоком». И так продол­жалось несколько дней. Словно легендарный «Ле­тучий голландец», «Мирный» преследовал покинув­ший его экипаж: и даже несколько раз попытался протаранить «Восток». Команду охватил мистичес­кий ужас. Лишь неделю спустя удалось, наконец, оторваться от преследователя. Впоследствии все списали на ветра и течение, но те, кто видел корабль-призрак своими глазами, клялись, что он действовал подобно разумному существу.

Однако покров тайны с Антарктиды уже был сорван. В течение следующих десятилетий к ее побережью отправились несколько экспедиций. Правда, особыми успехами они похвастаться не могли. В лучшем случае им удавалось подойти к суше и осмотреть ее в подзорные трубы в каком-нибудь одном месте. Так, например, были открыты Антарктический полуостров, берег Кемпа, Земля Адели, Земля Уилкса и другие районы побережья.

При этом несколько экспедиций пропали при та­инственных обстоятельствах. Впрочем, радио тогда не было, корабли оставались весьма несо­вершенными, и их гибель вполне можно было бы объяснить естественными причинами. Даже если учесть, что гибли именно те экспедиции, которые ставили своей задачей любой ценой высадиться на загадочный материк.

В 1840 году к Антарктиде отправилась экспеди­ция Росса на двух кораблях — «Эребус» и «Террор». С моря она наблюдала две высокие конусообразные горы, над одной из которых вились клубы дыма. Росс предположил, что это два вулкана, один из которых действующий, и назвал их именами сво­их кораблей.
'Erebus' and 'Terror' in the Antarctic, John Wilson Carmichael, 1847
'Erebus' and 'Terror' in the Antarctic, John Wilson Carmichael, 1847
Но если в Антарктиде действуют вул­каны, значит, там должны быть свободные ото льда участки суши, своеобразные теплые оазисы, в которых есть растения и животные. Самые сме­лые предположения рисовали в центре материка, за стеной льдов, обширную теплую землю, настоя­щий рай. И, по некоторым данным, они были пра­вы — по крайней мере, такой рай там действитель­но существовал, причем относительно недавно. Но не будем забегать вперед...

А затем исследования южного материка резко прервались. Причина неизвестна до сих пор. Но среди моряков ходили темные — и притом самые разнообразные — слухи об ужасах южных мо­рей. Кто-то говорил о морских чудовищах, кто-то— о кораблях-призраках... В общем, обычные матросские байки. Но кто-то очень активно и це­ленаправленно занимался их распространением. Поэтому следующее судно подошло к берегам Ан­тарктиды только в 1873 году.

На протяжении более чем 70 лет люди обсле­довали Ледяной материк с моря, не высаживаясь на его берега. Слишком суровыми и неприступны­ми казались они даже бывалым морякам. И толь­ко 24 января 1895 года нога европейца впервые коснулась антарктической земли. Это были нор­вежцы, которые провели на берегу несколько ча­сов и собрали коллекцию скудной антарктической растительности. Продвигаться в глубь континента никто не решился.

Всплеск исследовательского интереса к Антарк­тиде пришелся на рубеж веков. В разгар индуст­риальной эры человек считал, что все в этом мире подвластно ему, и не страшился ни призраков, ни чудовищ. VI Международный географический конгресс, состоявшийся в 1895 году в Лондоне, поставил в качестве первоочередной цели всех географов мира исследование южного материка. Следуя этим рекомендациям, Англия, Германия, Швеция и Франция в первые годы нового столетия посылают свои экспедиции в Антарктиду. Более того — ученые не просто высаживаются на побе­режье, а остаются там на довольно продолжитель­ный срок. Появляется понятие «антарктические зимовки». В 1903 году создается первая гидроме­теорологическая станция, которая работает по се­годняшний день.

Впервые в глубь материка попыталась проник­нуть экспедиция Скотта в 1902-1903 годах. Цель у нее была вполне понятная — достичь Южного по­люса. Здесь она, впрочем, потерпела неудачу, рав­но как и экспедиция Шеклтона в 1908 году. Иссле­дователи вынуждены были поворачивать назад, измученные тяготами перехода — жуткими холо­дами, сильными ветрами, разреженным воздухом высокогорья. Кроме того, в ледяной пустыне им являлись странные миражи: руины огромных зам­ков, оазисы с высокими деревьями и проточной водой. В дневнике экспедиции Шеклтона, напри­мер, значится:



     
 

 Внезапно налетела сильная метель, которая продолжалась несколько часов. Мы упрямо про­двигались вперед, но в конце концов вынуждены были остановиться. И в этот момент обнаружи­лось, что рядом с нами нет Джерли. Это была тяжелая потеря. Потратив весь следующий день на поиски, оказавшиеся бесплодными, мы дви­нулись дальше. И — о чудо! — неделю спустя Джерли нагнал нас. Как рассказывал он сам, ему удалось случайным образом найти наши сле­ды — погода была ясной и солнечной, в отли­чие от предыдущих дней. При этом он вовсе не выглядел изможденным и рассказывал о какой-то глубокой котловине, где из-под земли бьют горячие ключи. Там живут птицы, растут травы и деревья. На эту котловину он набрел слу­чайно и провел там целый день, восстанавли­вая свои силы. Никто из нас ему особенно не поверил — скорее всего, у бедняги была гал­люцинация . Странно, что он не замерз в этой ледяной пустыне...

 
     




Шеклтон не поверил в существование такой природной аномалии, как антарктический оазис. Возможно, напрасно, но в любом случае сейчас это уже не проверишь. Экспедиции, вместо того что­бы обследовать прибрежные районы и лишь посте­пенно продвигаться в глубь материка, следовали с упорством, достойным поистине лучшего примене­ния, к одной избранной цели — к Южному полю­су. Каждому хотелось получить славу покорителя этого «пупа Земли». В конце концов, Амундсену и Скотту в 1912 году удалось почти одновременно достичь заветной цели. Казалось, можно празд­новать победу — но глубинные районы материка снова оказались неисследованными. Этот недоста­ток Скотт решил хотя бы частично восполнить на пути обратно, от Южного полюса к базе. И — вся экспедиция до последнего человека погибла! При­чем буквально рядом с продовольственным скла­дом, всего лишь в паре десятков километров от него. Гибель была настолько загадочной, что по ее поводу даже провели специальное расследование. Вердикт в конечном счете оказался банальным: го­лод и холод. А что еще, скажите на милость, могло случиться с людьми в ледяной пустыне? После этого исследования Антарктиды продол­жались в довольно медленном темпе. По крайней мере, до тех пор, пока не начали использовать авиа­цию. Первые полеты над южным континентом были совершены в 1928 году. Летчики обследовали до­статочно обширные территории Антарктического полуострова, обнаружив при этом немало интерес­ных и загадочных вещей. Например, совершенно свободные ото льда и снега территории в глубине непроходимых гор. Естественно, совершать там по­садку никто не рискнул, отметили только существо­вание зеленого растительного покрова.

Однако всем этим находкам придавали мало значения. Людей продолжал, как магнит, притя­гивать Южный полюс. В 1929 году его впервые достигли на самолете. Исследования же других внутренних районов продолжались в достаточно медленно темпе. А куда было спешить? Поэтому большая часть южного континента оставалась не­изученной человеком. Именно в этот момент, за несколько лет до Второй мировой войны, в иссле­довательскую гонку включилась Германия. При­чем включилась весьма активно...
Р. Скотт на борту "Дисковери" перед отправлением в свою первую антарктическую экспедицию. Справа налево: Р. Скотт, его первый помощник Альберт Армитедж, д-р Эванс Уилсон и Эрнст Шеклтон.
Р. Скотт на борту "Дисковери" перед отправлением в свою первую антарктическую экспедицию. Справа налево: Р. Скотт, его первый помощник Альберт Армитедж, д-р Эванс Уилсон и Эрнст Шеклтон.